Твоя улыбка, твои глаза так хотят много объяснить. Но голос дрожаще звучит в такт так сильно бьющемуся сердцу. Ты влюблен, ты безумно любишь то нежное создание, ту прекрасную голубку, которая к величайшему твоему сожалению никогда не будет твоей. Она, проходя мимо, улыбается, опуская свои широко раскрытые глаза. А в твоей груди творится что-то совершенно невообразимое. И в то мгновенье, когда ты видишь ее, тебе хочется крикнуть: останься, милая, не проходи мимо моего одинокого сердца, подари мне еще раз свою улыбку, взмахни прядью шелка волос. Подари мне частичку загадочной души. Поведай мне свои мысли, но не говори, да прошу, не убей меня неосторожным словом, мое существо сейчас столь ранимо, что боясь услышать слово: нет, моя смерть будет долгой и мучительной.

Ты готов бегать по ее следам, лишь только увидеть ее, почувствовать запах ее тела, услышать ее смех. А она лишь только улыбается своей загадочной улыбкой, и она - это и есть то великое счастье, в ней ты видишь воплощение своей любви. Прикосновение твоих рук к ее телу вызывает рай чувств, непреодолимых препятствий, и ты понимаешь, что это было бы воистину блаженством, возможно, отчасти, даже только потому, что это совершенно невозможно. И все же ты не можешь пропустить ее взглядом, тебя так безудержно тянет к ней. И однажды ты срываешься со своего привычного места, словно огромная пчела пустила свое жало прямо тебе в сердце. Преграждая ей дорогу, начинаешь выплескивать водопад слов, льющийся из распахнутой дверцы твоей души. Как ты должен был поступить? Лишь глупцы, не познающие силу любви, могут открыто осудить или посмеяться над великим чувством. Ты боишься, что именно так она и поступит, и вот тогда это будет самый злой финал.

Ее взгляд был направлен в глубину твоих глаз, ее губы были немного приоткрыты, будто бы хотели сказать что-то свое, не то, что слышали уши. А может, они и не хотели ничего говорить. Они хотели переплестись в сладком поцелуе других, совсем незнакомых им губ. Глаза не хотели видеть, как страдает то влюбленное сердце, они мечтали взглянуть на страстные прикосновения, быть свидетелями возбуждения огненного дракона, который готов ежеминутно извергать лавину любовных пожаров.

А он продолжал и продолжал ей говорить о чувстве, с которым не может справиться в одиночестве. Слова лились ручьем весенним, а она своим присутствием грела тот ручей солнечным блеском своих глаз. И ты мог бы продолжать, но что-то стало очень больно внутри, видно, что слова – это еще не все. Ты хотел услышать ее голос, в ту минуту казалось, что этот голос будет волшебным. Но она не сказала ничего. Она лишь молча протянула руки к твоим рукам и обняла их.

В ту минуту он ничего не видел и не слышал. Его слух не мог уловить ни взмах пролетающей птицы, ни потрясшего землю раската грома. Глаза его видели только ее. Он приблизился, и только в долгом поцелуе, он понял, что не был глух. Удары его сердца могли сравниться лишь с ударами с ударами огромного барабана, руки готовы были обнимать ее целую вечность. Лоб покрывали капельки пота, и ему, как никогда хотелось, чтобы весь мир исчез, чтобы они остались лишь вдвоем. Он готов был подарить небесное блаженство. Ее душа и тело вызывали в нем страстный порыв и он не в силах был предотвратить поток бурных чувств. Но она помогла ему в этом. Она молча проводила его взглядом, но что-то во взгляде мелькнуло, и будто бы глаза отделились от тела, сказали: до встречи.

Он, уходя, смотрел на нее, и запоминал каждую деталь ее тела, ее глаза, губы, брови и тяжелые локоны волос, ниспадающие на плечи. Он пытался нарисовать ее в своем сердце, чтобы в одиночестве открыть заветную дверцу своего сердца и посмотреть на самое прекрасное и до боли любимое лицо. Он мечтал о ней, с нетерпением считая часы до их новой встречи. Часы! Это казалось ему вечностью. Даже быстро пролетающие минуты не могли утешить его страдания. Ты влюблен! Но почему нет радости в твоих глазах? Теперь в тебе родилось новое чувство, которого не было раньше. Да, и ты его заметил, ты впервые и с ужасом осознал, что больше всего на свете боишься потерять ее. И, где бы ты не находился, в окружении каких-либо людей, чем бы ты не был занят, ты ловил себя на мысли, что все время думаешь только о ней. И этим был счастлив.

Она молча сидела у окна, устремив свой взгляд на небо. Она не видела ничего, видела только его глаза, губы. Сквозь его лицо она нечетко различала крыши домов, мерцающий свет окон, в одном из них она хотела увидеть его. Услышать, как его губы говорят о любви. Стой! Твердо приказала передать свое тело и разум в колыбель младшего брата дня – сну. Он всегда помогал ей, поможет и на этот раз. Но сон окутывал ее руки туманом, и дул в лицо ветром, будто хотел напомнить о том, о чем она пыталась забыть. Но она слишком любила сон, а сон, не изменяя ей, любил ее, даря своей дитя ночные сказки.

Любовь может продолжаться вечно. Расставляя капканы повсюду, и она не была бы такой сильной и страстной, если бы имела свое продолжение. Но продолжение не последовало, а возможно продолжение и будет, только немного в другом обличии или в другом отрезке времени и месте. Но одно лишь можно сказать с уверенностью, что несчастен человек, бессмысленно прошла его жизнь, который не испытал такого яркого божественного чувства. Познать любовь - это дано немногим. Но кто узнает красоту этого секрета, тот не забудет его сущность никогда. Когда тебя окутывает пелена страсти, в твоих глазах льется блеск радости. Только для тебя ярче светит солнце, вытоптанная трава кажется намного зеленее, чем прошлогодняя молодая весенняя зелень. И как раньше невозможно было обращать внимание на свою походку, движения своего тела, на запах волос, отблески своего голоса? И как сейчас все это хочется подчеркнуть, сделать более ярким все свое существо. И лишь у влюбленных нет страха ни перед чем. И они, без сомнения, готовы стать рабами, да именно рабами любви.
И все же, находясь в плену любви, человек несчастен…